Меню

Срывайте только тот цветок



WikiphilE

Агрегатор советов и знаний в сети

Фразы, высказывания, афоризмы и красивые цитаты о цветах

Короткие фразы, красивые цитаты и высказывания про цветы

Цветы украшают жизнь и девушек, это общепринятый факт. Любая женщина с красивым букетом в руках становится чуточку добрее и в два раза красивее. Загадка этой чудесной метаморфозы до сих пор не разгадана. Тут мы собрали более двухсот красивых, романтичных цитат фраз о цветах и их значении в нашей жизни.

233 цитаты, фразы и высказывания о цветах

  1. Про цветы и женщин можно сказать одно – внеземная красота. (Лех Валенса)
  2. Прощение, это аромат, который испускает цветок, когда его топчут. (Марта Грэхем)
  3. Девушка красива, как цветок. А каждый цветок должен быть немного распущен. (Ева Лонгория)
  4. Цветы — самое лучшее из всего, что Господь создал, но забыл наделить душой. (Генри Уорд Бичер)
  5. Цветы приносят особую радость тогда, когда подарены не в День Рождения. (Владимир Борисов)
  6. Протягивая руки к звездам, люди часто забывают о цветах под ногами. (Джереми Бентем)
  7. Сердце — оно, как цветок, его не откроешь силой, оно должно раскрыться само. (Роберт Годдард)
  8. Цветы забвения лучше всего растут на могилах. (Сальвадор Дали)
  9. Я люблю март за первые цветы, которые он нам дарит. (Пит Роцелл)
  10. Цветок можно сравнить с удовольствием, которое в скором времени завянет, а запах этого цветка — это подобно воспоминаниям, которые помнятся вечно! (Генрих Гейне)
  11. Венчики цветов — это их штанишки. Оборвите лепестки — будет публичная непристойность. (Малкольм де Шазаль)
  12. Коль нет цветов среди зимы, Так и грустить о них не надо… (Сергей Есенин)
  13. Цветы цветут повсюду для всех, кто только хочет их видеть. (Дороти Роув)
  14. Женщина чахнет без любви, как цветок без солнца. (Мирзакарим Норбеков)

Видео: фразы и высказывания о цветах

В этом ролике Артем Маслов представит подборку красивых, вдохновляющих цитат о красоте цветов:

Источник

15 цитат из фильма «Общество мёртвых поэтов» пронизанные филосовским взглядом

1. Мы — пища для червей, юноши. Как бы ни казалось невероятным, но каждый из нас в один прекрасный день перестанет дышать, похолодеет и умрет.

2. Укрылся я в лесах, чтоб жизнь прожить не зря,
Понять, что не познал того, чему учил,
Чтоб не узнать когда придет пора,
Что вовсе и не жил.

3. — Слово Мёртвого Поэта!
— А что это?
— Это — клятва!

4. У всех нас есть неистребимая потребность быть принятыми. Но необходимо доверять собственной уникальности. Даже если остальным ваши убеждения кажутся глупыми или странными. Даже если все стадо блеет, что это бред.

5. Лови мгновение, пока спит время, старина.

6. Страшно отказываться от своих верований и чувств… Нам всем необходимо одобрение, но вы должны верить в то, что ваши взгляды уникальны и принадлежат только вам.

7. Я встал на стол, чтобы напомнить себе, что надо смотреть на вещи с разных точек зрения.

8. Пусть говорят всё, что угодно, но слова и идеи могут изменить мир!

9. Пьеса жизни ещё не кончилась, и ты быть может впишешь свою строку.

10. Правда — это короткое одеяло, одеяло, под которым всегда мёрзнут ноги; его можно натянуть, завернуть, но его всегда не хватает; можно ворочаться, брыкаться, но укрыться им нельзя. И с рождения до самой смерти оно закрывает только наше лицо, искаженное плачем, воплем и визгом.

11. Лишь в мечтах свободны люди. Всегда так было и так будет.

12. Рвите розы, пока не поздно. На латинском эта фраза звучит как carpe diem. Дословный перевод — лови мгновение.

13. Покажите мне сердце, не обремененное дерзкими мечтами, и я покажу вам счастливого человека.

14. Вы должны обнаружить что вы чувствуете. Когда вы читаете книгу вы думаете по своему вырабатываете свой подход. Вы должны говорить своим собственным голосом. И чем больше вы будете с этим тянуть тем меньше надежд что вы его найдете. Один человек писал что человек ведет жизнь покорно и отчаянно. Не верьте ему. Всегда смотрите на все своими глазами. Вырабатывайте свой взгляд на жизнь. И это поможет вам стоять двумя ногами на земле.

15. Плыть против течения — вот что самое главное.

Источник

ЧИТАТЬ КНИГУ ОНЛАЙН: Две жизни

НАСТРОЙКИ.

СОДЕРЖАНИЕ.

СОДЕРЖАНИЕ

1. (Часть 1, том 1)

Читайте также:  Декабрист цветок какие подкормки

Оккультый роман, весьма популярный в кругу людей, интересующихся идеями Теософии и Учения Живой Этики. Герои романа – великие души, завершившие свою духовную эволюцию на Земле, но оставшиеся здесь, чтобы помогать людям в их духовном восхождении. По свидетельству автора – известной оперной певицы, ученицы К.С.Станиславского, солистки Большого театра К.Е.Антаровой (1886-1959) – книга писалась ею под диктовку и была начата во время второй мировой войны.

Книга «Две жизни» записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с действительным Автором посредством яснослышания – способом, которым записали книги «Живой Этики» Е.И.Рерих и Н.К.Рерих, «Тайную Доктрину» – Е.П.Блаватская. Единство Источника этих книг вполне очевидно для лиц, их прочитавших. Учение, изложенное в книгах «Живой Этики», как бы проиллюстрировано судьбами героев книги «Две жизни». Это тот же Источник Единой Истины, из которого вышли Учения Гаутамы Будды, Иисуса Христа и других Великих Учителей.

Впервые в книге, предназначенной для широкого круга читателей, даются яркие и глубокие Образы Великих Учителей, выписанные с огромной любовью, показан Их самоотверженный труд по раскрытию Духа человека.

Книга, первоначально предназначавшаяся для очень узкого круга учеников, получавших через К.Е.Антарову руководство Великих Учителей

ОБ АВТОРЕ Перед Вами, читатель, оккультный роман, который впервые выходит в свет спустя почти 35 лет после смерти автора. Он принадлежит перу К.Е.Антаровой, одной из тех самоотверженных русских женщин, чья жизнь была служением красоте и знанию.

Кора (Конкордия) Евгеньевна Антарова родилась 13 апреля 1886 года, в то счастливое для творческих натур время, когда занимался серебряный век русской культуры. А природа щедро наделила е„ талантами – в том числе прекрасным голосом, контральто редкого обаяния. Поэтому одновременно с занятиями на историко-филологическом факультете Высших женских курсов (знаменитых Бестужевских курсов), она оканчивает Петербургскую консерваторию, бер„т уроки пения у И. П. Прянишникова – организатора и руководителя первого в России оперного товарищества; в 1908 г. е„ принимают в труппу Большого театра. На этой известной всему миру сцене К.Е. Антарова проработала почти тридцать лет.

Мы можем только догадываться, насколько важную роль в е„ жизни сыграла встреча с К. С. Станиславским: в течение нескольких лет он преподавал акт„рское мастерство в музыкальной студии Большого театра, ни на минуту не забывая о главной своей цели – расширять сознание учеников, пробуждая в них духовность. Прямое свидетельство тому – книга «Беседы К. С. Станиславского в Студии Большого театра в 19181922 гг. Записаны заслуженной артисткой РСФСР К.Е.Антаровой». Конечно, когда молодая ученица гениального режисс„ра от раза к разу кропотливо и благоговейно вела стенографическую запись занятий, подготовив потом на их основе книгу, впервые увидевшую свет в 1939 г. и выдержавшую несколько изданий, у К.Е.Антаровой не было ещ„ никаких артистических званий. Но она обладала истинной культурой духа, сердце имела чистое и вдохновенное, благодаря чему только и могла стать учеником в подлинном смысле слова.

Главные действующие лица романа «Две жизни» – великие души, завершившие свою духовную эволюцию на Земле, но оставшиеся здесь, чтобы помогать людям в их духовном восхождении, – пришли к К.Е.Антаровой, когда бушевала вторая мировая война, и этот контакт продолжался многие годы.

К.Е.Антарова умерла в 1959 г., затем рукопись хранилась у Елены Федоровны Тер-Арутюновой (Москва), считающей е„ своей духовной наставницей. Хранительница рукописи никогда не теряла надежды увидеть роман опубликованным, а до той поры знакомила с ним всех, кого находила возможным. И потому можно сказать, что этим романом зачитывалось уже не одно поколение читателей.

Мы сердечно благодарим Е.Ф.Тер-Арутюнову, которая предоставила рукопись романа в распоряжение Латвийского общества Рериха, за доброе напутствие книге, начинающей свою новую жизнь.

ГЛАВА I У МОЕГО БРАТА События, о которых я сейчас вспоминаю, относятся к давно минувшим дням, к моей дал„кой юности.

Уже больше двух десятков лет зовут меня «дедушкой», но я совсем не ощущаю себя старым; мой внешний облик, заставляющий уступать мне место, поднимать оброненную мною вещь, так не гармонирует с моей внутренней бодростью, что я конфужусь всякий раз, когда люди выказывают такое почтение моей седой бороде.

Было мне лет двадцать, когда я приехал в среднеазиатский большой торговый город погостить к брату, капитану М-ского полка. Жара, ясное синее небо, дотоле мною невиданное; широкие улицы с тенистыми аллеями из высочайших развесистых деревьев посередине поразили меня своей тишиной. Изредка проедет шагом на осле купец на базар. Пройд„т группа женщин, укутанных в ч„рные сетки и белые или т„мные покрывала, подобно плащу скрадывающие формы тела.

Читайте также:  Чистотел это трава или цветок

Улица, на которой жил брат, была не из главных; от базара далеко, и тишина на ней стояла почти абсолютная. Брат снимал небольшой дом с садом; жил в н„м один со своим денщиком и пользовался лишь двумя комнатами, а три остальные поступили всецело в мо„ распоряжение.

Окна одной из комнат брата выходили на улицу; туда же смотрели два окна той комнаты, что я облюбовал себе как спальню и которая носила громкое название «зала».

Брат мой был человеком очень образованным. Стены комнат снизу доверху были заставлены полками и шкафами с книгами. Библиотека была прекрасно подобрана, расставлена в полном порядке и, судя по каталогу, составленному братом, обещала много радостей в новой для меня, уедин„нной жизни.

Первые дни брат водил меня по городу, базару, мечетям; временами я бродил один в огромных торговых галереях с расписными столбами и маленькими восточными ресторанами- кухнями на перекр„стках; в толпе снующей, говорливой, п„стро одетой в разноцветные халаты я словно бы оказался в Багдаде и вс„ воображал, что где-то совсем рядом проходит Алладин с волшебной своей лампой или бродит никем неузнаваемый Гарун-аль-Рашид. И восточные люди, с их величавым спокойствием, или же, наоборот, повышенной экзальтированностью, казались мне загадочными и манящими.

Однажды, бродя рассеянно от лавки к лавке, я вздрогнул, как от удара электрического тока, и невольно оглянулся. На меня пристально смотрели совершенно ч„рные глаза очень высокого, средних лет человека, с густой короткой ч„рной бородой. А рядом с ним стоял юноша необычайной красоты, и его синие, почти фиолетовые глаза также пристально разглядывали меня.

Высокий брюнет и юноша, оба были в белых чалмах и п„стрых ш„лковых халатах. Их осанка и манеры резко отличались от всего окружающего; многие из прохожих подобострастно им кланялись.

Оба они уже давно двинулись к выходу, а я вс„ стоял, как заворож„нный, не в силах победить впечатление от этих чудесных глаз.

Опомнившись, я бросился за ними, но подбежал к выходу из галереи в тот самый момент, когда столь поразившие меня незнакомцы уже были в прол„тке и отъезжали от базара. Молодой сидел с моей стороны. Оглянувшись, он чуть улыбнулся и сказал что-то старшему. Но густая пыль, которую подняли три осла, закрыла вс„, я больше ничего не мог видеть, да и стоять под отвесными лучами палящего солнца был больше не в силах.

«Кто бы это мог быть?» – думал я, возвращаясь туда, где их встретил. Я несколько раз прош„л мимо лавки и, наконец, решился спросить хозяина:

– Скажите, пожалуйста, кто эти люди, которые только что были у вас?

– Люди? Люди много ходила сегодня мой лавка, – хитро улыбаясь, сказал он.

– Только твой, верно, не люди хочет знать, а один высокий ч„рный люди?

– Да, да, – поспешил я согласиться. – Я видел высокого брюнета и с ним красавца юношу: Кто они такие? – Они наша большой, богатый помещики. Виноградники, – оуяй, – виноградник! Ба-а-льшой торговля вед„т с Англия.

– Но как же его зовут? – продолжал я. – Ой-я, – засмеялся хозяин. – Вся горишь, знакомиться хочешь? Он – Мохаммед Али. А молодой – Махмуд Али. – Вот как, оба Магометы?

– Нет, нет, Мохаммед только дядя, а племянник – Махмуд. – Они здесь живут? – продолжал я спрашивать, рассматривая шелка на полках и соображая, что бы такое купить, чтоб только выиграть время и выведать ещ„ что-нибудь о поразивших меня незнакомцах.

– Что смотришь? Халат хочешь? – подметив мой парящий взгляд, спросил хозяин.

– Да, да, – обрадовался я предлогу. – Покажите, пожалуйста, мне халат. Я хочу сделать подарок брату. – А кто твой брат? Какой ему вкус?

Я понятия не имел, какие халаты могут нравиться брату, так как ни в ч„м другом, как в кителе или пижаме, пока ещ„ не видел его.

Читайте также:  Горшечный цветок с запахом

– Мой брат – капитан Т., – сказал я. – Капитан Т.? – вскричал с восточным азартом купец. – Я его хорошо знай. Ему уже есть семь халатов. На что ему ещ„?

Я был смущ„н, но, скрыв сво„ замешательство, храбро сказал: – Он их все раздарил.

– Вот как! Наверное, друзьям в Петербурге посылал. Ха-а-роший халаты покупал! Вот, смотри, Мохаммед Али для своя племянница велел прислать. Ой-я, халат!

И купец достал из-под прилавка чудесный розового тона халат с серовато-лиловыми матовыми разводами. – Такой мне не подойд„т, – сказал я. Купец весело рассмеялся.

– Конечно, не подойд„т; это женская халат. Я тебе дам вот, – синий.

И с этими словами он развернул на прилавке великолепный фиолетовый халат. Халат был несколько пестроват; но тон его, т„плый и мягкий, мог понравиться брату.

– Не бойся, бери. Я всех знаю, Твой брат –приятель Али Мохаммед. Мы не можем продавать его приятелю плохо. Твой брат – ха-а-роший человек! Сам Али Мохаммед его почитает.

– Да кто же он, этот Али?

– Я же сказал, – большая важная купец. Персия торгует и Россия тоже, – ответил хозяин.

– Не похоже, чтобы он был купец. Он, наверное, уч„ный, – возразил я.

– Ой-я, уч„ный! Уч„ный он есть такой, что и у твоя брат все книги знает. Твоя брат тоже ба-а-льшой уч„ный. – А где жив„т Али, вы не знаете? Купец бесцеремонно ударил меня по плечу и сказал: – Ты, видать, здесь мало жив„шь. Али дом – напротив твой брат дом.

– Напротив дома брата очень большой сад, обнес„нный высокой кирпичной стеной. Там всегда м„ртвая тишина, и даже ворота никогда не открываются, – сказал я.

– Тишина-то тишина. А вот сегодня будет не тишина. Приедет сестра Али Махмуд. Будет сговор, пойд„т замуж. Если ты сказал, Али Махмуд красавец, – ой-я! Сестра – звезда с неба! Косы до пола, а глаза – ух Купец разв„л руками и даже захлебнулся. – Как же вы могли видеть е„? Ведь по вашему закону покрывала нельзя снимать перед мужчинами?

– Улица нельзя. У нас и в дом нельзя. А у Али Мохаммед все женщины дома ходит открыта. Мулла много раз говорил, да перестал. Али сказал: «Уеду». Ну, мулла и молчит пока.

Я простился с купцом, взял покупку и пош„л домой. Ш„л я долго; где-то свернул не в ту сторону и с большим трудом отыскал, наконец, свою улицу.

Мысли о богатом купце и его племяннике путались с мыслями о небесной красоте девушки, и я не мог решить, какие же у не„ глаза: ч„рные, как у дяди, или фиолетовые, как у брата?

Я ш„л, глядя под ноги, и внезапно услыхал: «Левушка, да где же ты пропадал? Я уже собирался было тебя искать».

Милый голос брата, заменявшего мне всю жизнь и мать, и отца, и семью, был полон юмора, как и его сверкающие глаза. На слегка загорелом, гладко выбритом лице блестели белые зубы, а ещ„ яркие, красиво очерченные губы, золотые вьющиеся волосы, т„мные брови… Я впервые разглядел, как красив он, мой брат. Я гордился и восхищался им всегда; а сейчас, точно маленький, ни с того ни с сего бросился ему на шею, расцеловал в обе щ„ки и сунул ему в руки халат.

– Это тебе халат. А твой Али причиной, что я совсем оторопел и заблудился, – сказал я со смехом. – Какой халат? Какой Али? – с удивлением спросил брат. – Халат номер 8, который я тебе купил в подарок. А Али номер 1, твой друг, – ответил я, вс„ продолжая смеяться.

– Ты напоминаешь маленького упрямца Левушку, который любил всех озадачивать. Вижу, что любовь к загадкам вс„ ещ„ жива в тебе, – улыбаясь своей широкой улыбкой, необычайно изменявшей его лицо, сказал брат. – Ну, пойд„м домой, не век же нам стоять тут. Хотя никого и нет, но я не поручусь, что где-нибудь тайком, из-за края занавески, на нас не

Источник